Валерий Подорога о понятии, категориальном порядке и интерпретации.

Понятие вводится для того, чтобы ввести огра­ни­че­ние на опре­де­лён­ное поле чувствен­ного мате­рила. Оно может быть по-разному струк­ту­ри­ро­вано, но всегда то, что раньше, начи­ная с Канта, назы­вали поня­тием, — это такое подве­де­ние под общий признак других отно­си­тель­ных призна­ков, но кото­рые входят в состав этого общего признака.

Поэтому поня­тие часто связано с концеп­том, в смысле, с концеп­ту­аль­но­стью или схва­ты­ва­е­мо­стью. Наше острие позна­ния схва­ты­вает множе­ство различ­ных качеств и потом огра­ни­чи­вает их через одно общее, кото­рое выяс­ня­ется в ходе анализа. Т. е. поня­тие само по себе не форми­ру­ется как взгляд, оно требует времени форми­ро­ва­ния. Гегель, мощный исто­ри­цист считал, что поня­тие есть время. Очень важный термин, кстати, несколько зага­доч­ный, но зага­доч­но­сти здесь мало, потому что действи­тельно поня­тие требует для своего форми­ро­ва­ния какого-то времени, какого-то пробега.

Другое дело, что когда мы стал­ки­ва­емся с совре­мен­ным опытом, то мы поня­тие встре­чаем на фазах концеп­ту­аль­ного стро­и­тель­ства какого-то образа мысли, в различ­ных приё­мах рито­ри­че­ского харак­тера, в част­но­сти, через мета­фору как базо­вый элемент. В мень­шей степени мы встре­ча­емся с поня­ти­ями, потому что, — я бы сказал так, — поня­тие это всегда что-то новое, какое-то неболь­шое откры­тие, новое виде­ние, новый пово­рот, угол зрения, а вот кате­го­ри­аль­ная система вклю­чает в себя разно­об­ра­зие отно­ше­ний между услов­ными поня­ти­ями, но они уже застыли до кате­го­ри­аль­ного порядка, поэтому их исполь­зо­ва­ние очень огра­ни­чено. В том смысле, насколько кате­го­рия может в прошлом быть неким поня­тием, — она огра­ни­чена своим тради­ци­он­ным исполь­зо­ва­нием.

Поэтому такие системы, кото­рые стре­ми­лись запе­реть себя в кате­го­ри­аль­ный поря­док, — как кантов­ская система, — прак­ти­че­ски не подда­ются ника­кой интер­пре­та­ции кроме имма­нент­ной. То есть, нахо­дясь внутри, ты — почти Кант, но как только выско­чил оттуда, ты — опять без штанов, совер­шенно голый. Потому что Кант не гаран­ти­рует тебе успех вне его системы. Поэтому клас­сика в основ­ном это клас­сика кате­го­ри­аль­ных поряд­ков.

Категория — это осты­ва­ние поня­тий­ного жанра, огня, взрыв­ного момента. Поэтому, когда фило­соф­ская система скла­ды­ва­ется, все поня­тия играют, они рассве­чи­ва­ются, контак­ти­руют, а потом посте­пенно, в связи с осты­ва­нием и смер­тью созда­теля и т.д., насту­пает post mortem, кото­рый уже посте­пенно откри­стал­ли­зо­вы­вает системы, какие-то навыки интер­пре­та­ции и т.д.

Т.е. я очень сомне­ва­юсь в интер­пре­та­ции клас­си­че­ских систем. Настолько сомне­ва­юсь, что они могут быть только отверг­нуты в каком-то смысле. Знаете, очень похоже с искус­ством, в част­но­сти, с искус­ством театра. Многие поста­новки совре­мен­ные старых пьес извест­ных стро­ятся на умно­же­нии приёма уничто­же­ния мате­ри­ала, то есть пьеса Чехова, допу­стим, должна быть уничто­жена.

Валерий Подорога

Советский и россий­ский фило­соф. Доктор фило­соф­ских наук. Живёт и рабо­тает в Москве. Заведующий секто­ром анали­ти­че­ской антро­по­ло­гии Института фило­со­фии РАН. Профессор РГГУ. Лауреат Премии Андрея Белого.

Опубликовать Поделиться Твитнуть

В данный момент наша афиша пустует!
Если вы хотите, чтобы анонс вашего мероприятия появился у нас на сайте, то напишите нам!